Vengeance

Внешний вид свитка:

Тёмная скорбь
(из легенды о древних реликвиях)

Тайной укрыта эта земля. Орки, чьих слов не слыхать нам вовеки, жили отлично там. Тёмной луною звался их клан. И занимал он просторы от моря бескрайнего, до диких болот. Край тот богатый все звали лунною гаванью. И был там шаман. [Ну, да, куда же нам без шамана?! Прим. переводчика] И был он силён и мудр. Но тщеславен тот шаман был. Ему показали такие вещи, что возомнил он, будто может богам уподобиться. Древние силы открылись, свой смысл затая. [Страшно представить, чего это ему такого показали. Прим. переводчика] И возгордился шаман. Сказал он "Аль не могу я? Аль не достоин?" И приказал клинок сковать ему лучшим кузнецам. А мастерам своим рунным сказал, чтобы магию тот клинок рубил также свободно, как деревяшку. Долго гадали могучие мастера, как волю шамана своего выполнить. Но угодили ему: меч вышел и остр и опасен. Срывал он заклятья с жертв со своих, как срывает покрова ветер. Взмахнул им шаман и разрубил древний дуб. Разгневались силы природы и молвят ему. [Оу, тут ещё и говорящие Силы есть? Тёмная сторона… Прим. переводчика] "Остановись, орк, не дело творишь ты". Но тьма совсем застлала глаза его. Сила и ярость переполняли орка. Убил он не только древа величественные, но и друидов, вставших у него на пути. Бросил клинок и ощутил, что тьма уходит из глаз его.

Тогда возненавидел Амон'Далор оружие своё. И приказал уничтожить злую игрушку в жерле вулкана. И сбросили туда проклятый меч. Считают, что тьму души своей заключил шаман в этот клинок, и уничтожил её раз и навсегда. Но кто-то не верит, что пламя вулкана тьму победило. Считают они, что Тёмная скорбь до сих пор покоится под землёй на том месте, где когда-то возвышался вулкан. [Знаем мы эти байки... а потом она как оттуда восстанет! Ну можно было пооригинальней придумать?]
Переводчик с оркского Шляпис Долбослов, известный писатель и литератор.

Тщеславие шамана

- Вас'Флама давно уже нет! Хватит этих бессмысленных разговоров! Собирайте армию, мы усмирим восстание.
- Не смею противиться твоей воле, верховный шаман. Но позволь мне сказать. - голос вождя был спокоен и твёрд.
- Говори, Мар-Лар.
- Все племена преданы тебе, и если сравнение твоих методов с деяниями Вас'Флама чем-то обидело тебя, то извини. Нет в моей речи дурного умысла. Делай, как знаешь, шаман, я сам виноват, что не уследил за своим племенем. Но я не желаю, чтобы их постигла судьба медвежьей пасти! Ты же сам из клана тёмной луны! Одумайся, Амон'Далор! Попутались орки, побуянили. Дай мне неделю и все беспорядки прекратятся. Подвесим на сук смутьянов, а остальные поймут, что к чему, и успокоятся.
- Они предатели. Осмелившись выступить против верховного шамана, они выступили против всего народа орков! Я не собираюсь стирать свой же клан с лица Антары, но припадать им урок я просто обязан.
Пусть небо скажет мне, что я не прав! И если так, я изменю свою волю.
- Говорю тебе, одумайся! Магией тут не помочь. Ты уничтожишь смутьянов, но сколько хороших бойцов и искусных шаманов пострадает от твоих рук?! Ты изменишь лик земли. Природа не прощает такого.
- Не прощает?! Вас'Флам, про мудрость которого ты так распевал, превратил в раскалённую лаву некогда плодородные земли. Ему можно, а мне нельзя?!
- Где твоё благоразумие? Если так будет и впредь, мне не нужен такой повелитель! - И с этими словами Мар-Лар, развернувшись, пошёл прочь из покоев шамана.
- Не нужен... предатели... все предатели! Позвать ко мне хранителей тёмной сферы! Сегодня природа содрогнётся от моего гнева и все увидят, что бывает с неверными!
Это был день, когда солнце в последний раз осветило просторы лунной гавани, навеки скрывшись за серыми тучами. Верховный шаман Амон'Далор, в приступе ярости высвободил силы древней сферы, доставшейся ему от предков и перевернул земли лунной гавани, подняв с морского дна серый песок. Там, где ранее было лишь море, да вольный ветер, теперь высились серые груды. Пыль, которая поднялась с континента, закрыла небо плотными тучами. И природа, как огромный организм, вдохнула тьму, высвободившуюся из сферы, и, задержав дыхание, изрыгнула её на проклятые земли, которые впредь стали звать серыми пустошами.
Много орков погибло тогда, много бежало на юг и на запад. Но пустоши стали чёрной отметиной на зелёном лице Антары.
Много раз жалел Амон'алор, что ударил сгоряча, но сделать уже ничего не мог. Тщеславие одного стоило жизни тысячам. И грусть стала его спутником на долгие годы тяжёлого искупления.
Истина дарит смертным уныние, чтобы они не стали тщеславны.

Рождение плывущих по крови
(из рассекреченных материалов архива гильдии магов)

- Какого чёрта ты творишь, Даран?! - на пальце Грабируса Фейслена засияли дикие огоньки. Клянусь тапочками архимага, я превращу тебя в клизму, если ты не остановишься!
десять минут назад...

- Господа, мы собрались здесь, чтобы решить вопрос о принадлежности вампиров, - голос Астахова мертвенным скрежетом разлетался по просторному залу. - Я обеспокоен. Доколе эти выскочки будут лаять на Гильдию?! Вампиры всегда были собственностью некромантов, и это не обсуждается.
- Ххх-ррр… - в холодную речь главы некромантов мелодично вливался храп профессора Фейслена, сладко посапывающего в дальних рядах.
- Это возмутительно! Они обращаются с нами как с вещью! Сколько нам ещё терпеть расчленения и унижения?! Мой уважаемый Даран! Времена Калерты уже давно прошли и здесь вампиры - разумные, самостоятельные существа. И мы требуем свободы! - по залу прокатился одобрительный гул его сородичей.

- Ххх-ррр… - старому магистру, казалось, никакой крик нипочём. Плотный завтрак, бутылочка настойки и преклонный возраст сыграли свою роль. Неподалёку Мелис в пол-уха слушал нашёптывания какой-то ведьмы, периодически зевая. Судя по всему, его не сильно тревожила судьба вампирского рода.
- Позвольте мне добавить, многоуважаемый Валькирион, что согласно законам Калертской церкви…
- Преподобная матушка! - вампир грубо перебил сухую старуху - здесь не Калерта! Почему вы все продолжаете считать нас порождением некромантов?! Мы живём по своим законам, своими кланами и сами находим себе занятия и создаём потомство.
- Молодой… эээ… вампир, священные костры инквизиции, видимо, не привили Вам должного уважения к возрасту. Но это всегда можно исправить…
- Прошу прощения, срочное дело. - Мелис пренебрежительно взглянул на вампира. - Я солидарен с профессором Фейсленом. Мне нужно удалиться. - С непробиваемой миной, владыка ковена вышел из зала.
- А какое мнение было у Грабируса? - инквизиторша повернулась к спящему старику.
- Ххх-ррр…
- Прислушайтесь к проблеме вампиров! Отберите у узурпатора власть над нами! Мы больше не будем терпеть контроля костлявой руки!

- Молчать, материал! - Астахов поднялся со стула. Резким движением, он приблизился к Валькириону и коснулся ногтем его руки, быстро сделав шаг назад. - Кажется, инквизиция называет это… очищением.
Кожа на руке молодого вампира начала трескаться и рассыпаться в пыль. Тление побежало вверх по предплечью, заставляя жертву засучить рукава, с ужасом созерцая своё разложение... Он попытался сжать кулак, но мизинец, треснул и рассыпался в пепел.
- Какого чёрта ты творишь, Даран?! - на пальце Грабируса Фейслена засияли дикие огоньки. - Клянусь тапочками архимага, я превращу тебя в клизму, если ты не остановишься!
Еле заметный жест, и магия остановилась. Повреждённая рука кровососа повисла как палка. В это мгновение дверь в зал распахнулась, и с растянутой до ушей улыбкой в холл прошагал Казиус Нарль. За ним проследовали две привлекательные волшебницы.
- Друзья мои! Вас на минуту нельзя оставить. - Проницательный взгляд уже оббежал всех присутствующих и остановился на вампире. - Присядьте, - скомандовал он готовым к атаке сородичам пострадавшего. - Полагаю, пальчик Ваш уже не восстановить, но разве эта мелочь испортит Вам сладость свободы?
- О какой свободе ты говоришь, ученик архимага? Вампиры - собственность Гильдии Некромантов. - Астахов направил на молодого волшебника свой гневный взгляд.
- Ах, Даран, брось. Времена меняются, и пора бы уже признать, что эти дети переросли родителей. Уважаемые коллеги, я не посмею долго тратить ваше драгоценное время. Приступим к голосованию!
Присутствующие зашевелились. Взбудораженный бесцеремонным пробуждением профессор потянулся к ломтю ветчины. Пока люди думали, что решают судьбу вампиров, пока вампиры с ужасом ждали своей участи, молодой волшебник подмигнул Астахову и они незаметно удалились.
- Что ты творишь, Казиус? Отказывая нам в поддержке, Гильдия магов теряет сильного союзника. Я…
- Даран, только без нервов. - Привычная улыбка на лице Нарля расплылась ещё шире. - Вам не удержать их силой. Ну, перебьёте всех, и толку? Что будет говорить о некромантах общественность? Какую выгоду вы извлечёте из их непокорного рабства? Прими как факт, что эти забавные создания почувствовали себя достаточно сильными, чтобы гавкнуть против тебя. Зная, что ты можешь превратить их всех в пепел, они настояли на большом собрании с участием магистров... Неужели ты не видишь, что теперь они - новая сила!
- Архимаг не зря выбрал тебя в ученики... Что ты предлагаешь, Нарль? - губы некроманта сжались, а глаза вытянулись в щёлки.
- Надеюсь, ты не видишь во мне его верного пса? - голос молодого мага резко похолодел. Секундная схватка глазами. - Ах, не бери в голову, Даран! Я совершенно не хочу, чтобы меня ассоциировали с верной собачкой учителя. Трудное детство, знаешь ли...
- Рассказывай про своё детство старухам на рынке... Что ты предлагаешь нам взамен вампиров?
- Не стоит забывать, мой друг, что иногда нужно жертвовать во имя общего блага... Хорошо, хорошо. Вампиры будут под нашим совместным контролем. Пусть думают, что они победили. А мы понаблюдаем за их ммм... становлением. Поверь, союзники из них получатся гораздо более сильные, нежели рабы. Но пока мы не дадим им прав. Но и не будет мешать. Хватит сил подняться самим - мы примем их в совет магистров, а нет - мы ничего не теряем. В любом случае у тебя остаются ниточки контроля, за которые иногда можно легонько потягивать. - Улыбка снова растянулась до ушей. - Я надоел тебе, Даран! Вернёмся же в зал!
В тот день театральная свобода победила над жадностью и честолюбием. Так вампиры плывущих по крови были признаны общественностью и получили статус свободных жителей Антары. Немало воды утечёт, пока они кровью и делом докажут своим права.

Время Крови

На древний Ангзанский лес медленно опускалась тьма. Южная его часть, граничащая с Хребтом Архимагов, изменялась куда сильнее ночью, чем все остальные. Заходящее солнце, казалось, уносило с собой не только свет, но и все звуки и движения — стихало пение птиц, дневные звери уходили с водопоя у ручья, и даже волки, приспособившиеся к новым условиям, шли назад в логово, а не на охоту. В этой части леса не было больше ночных зверей — гвайры, созданные магией для ночных убийств и террора существа, пробуждались ото сна.
До Катаклизма, шаманы орков умели управлять ими — приказы отдавались, пока гвайр спал днем — шаман вкладывал в его сознание планы крепостей, тропы в лесу, образы ненавистных людей — и когда гвайр просыпался, он выполнял приказ — и не было сил, способных подчинить, одурманить или отвлечь убийцу-гвайра, находящего свои цели за стони ленаров. Выполнив задание, они возвращались назад и снова засыпали до нового зова. Но настал день, когда некому было отдать новый приказ, когда могучие крепости обращались в прах, а солнце остановило свой ход... с тех пор гвайры убивали все, в чем ощущалось жизнь, и тех зверей и птиц, что охотились ночью, просто не осталось. Лишь шорохи, журчание ручья и шелест листьев иногда нарушали тишину — гвайры же двигались бесшумно.
Но в эту ночь давно не слышанный звук разорвал тишину.
Эльтар, эльф-отступник, Клинок Тьмы, шёл к своей цели и не хотел обходить древний лес — он был более чем уверен в своих силах. Взглянув на заходящее солнце, он все же решил добраться до границ леса побыстрее — многочисленным встречам с гвайрами не было места в его плане. Расслабившись, Эльтар сконцентрировался на заходящем солнце, на течении ручья, на своих шагах — и резко ускорил для себя течение времени. Если бы кто-то в этот момент мог наблюдать за ним издалека — он бы увидел, как размытая серая тень за секунды проходит путь, что от обычного путника потребовал бы часов затраченного времени. Эльтар, один из Повелителей Времени, мог выполнить работу для заказчика за несколько часов, даже если до жертвы были дни пути — он был наемным убийцей намного лучше гвайров в прошлом. И пусть Запрет Эллигоса не давал ему напрямую использовать власть над временем для самого убийства — добраться до цели и уйти от преследования для него было намного проще.
На юге от Ангзанского леса, за цепью гор лежала Гзанская долина — одна из первых территорий людей на Антаре. Наступление вечера здесь означало для крестьян и ремесленников долгожданное завершение рабочего дня. Города, рухнувшие в пыль во время Катаклизма, медленно отстраивались вновь — и мало где население можно было упрекнуть в лени или привычке к роскоши.
Но из старой башни, сохранившейся во время Катаклизма благодаря силам ее хозяина-мага, продолжали доноситься звонкие голоса.
Мастер Теодрис! Вы обещали сегодня рассказать о Катаклизме и Повелителях Времени. Можно? Мы же весь день старались! - сбивчиво обратился к старому магу Мельрик, младший из двух братьев-учеников.
Что ж... Хорошо ли вы усвоите этот урок на ночь? Но так уж и быть — улыбнулся Теодрис. - всякий труд и затраченное время заслуживают награды. Мой рассказ сегодня будет кратким — детали я расскажу вам завтра. А вы слушайте, не перебивайте и запоминайте — завтра я попрошу Вас пересказать!
Спасибо, учитель! - хором ответили Мельрик и Леонар.
- В прошлый раз я рассказал вам, как люди оказались на Антаре, спасаясь от демонов, вторгшихся в наш родной мир, Нерлон. Эллигос, великий маг, подчинивший и время, и пространство, открыл для нас порталы сюда и спас от гибели. Он сумел переместить не только людей — но и три наших древних города, взяв в этот мир все пространство на три десятка ленаров от своей башни. Но, как вы уже знаете, мы не нашли здесь убежища надолго, встретив новые испытания - войну с орками, коренными жителями Антары, отвергнувшими наши предложения о мире и разделе земель, вторжение эльфов, как и мы, уходивших из разрушаемого демонами мира. Маги и воины вместе сражались в бесчисленных битвах, только что построенные города перестраивались в крепости, население сокращалось... и мы вскоре узнали, что демоны и их предводитель, Аззерх, нашли и этот мир. Здесь, в Антаре, они собирались разом уничтожить всех тех, кто раньше спасся от их гнева — и у нас уже не было шансов.
Но Эллигос попробовал найти ответ и на это... понимая, что мир как он есть нельзя сохранить, он решил обратить вспять само время. Он хотел вернуть для нас время, когда мы мирно жили на Нерлоне, предотвратить все жертвы и разрушения войн с демонами и орками... Его заклинание должно было вернуть нас в прошлое, а его противовес должен был навсегда уничтожить демонов — для них, питающихся жизнями и яростью живых существ, должны были в один миг пройти тысячи веков... лишая их сил, не давая времени погрузиться в сон, они должны были все погибнуть от своего древнего голода. - маг остановился, давая ученикам обдумать величие плана.
Эллигос был столь могущественен? Настолько могущественнее даже Вас? - удивленно спросил Леонар, для которого Теодрис — единственный знакомый ему маг — и так казался всесильным.
Теодрис устало вздохнул, укоризненно посмотрел на Леонара и продолжил:
Но все пошло не так. Тот закон мироустройства, что мы теперь называем Запретом Эллигоса, не позволял влиять на время других живых существ. Каждое разумное существо живет в своем течении времени — наверняка вам случалось чувствовать, как за игрой часы пролетают незаметно, а за учением — здесь Теодрис снова улыбнулся — минуты превращаются в часы? Восприятие собственного времени относительно для каждого, и даже столь великий маг, как Эллигос, обращавший в прах крепости орков, ускорив для них время, возвращавший новизну древним артефактам одним касанием, не смог переломить этот принцип.
Все неразумное отправилось на миллионы лет в прошлое, а мы — остались... Там, где только что был город, шелестел тысячелетний лес, все, что было создано нами — распалось в прах... уцелело лишь то, что прямо влияло на чье-то собственное восприятие. Простые крестьяне и воины смогли в этот момент инстинктивно сохранить лишь свою одежду, оружие, иногда — телегу или комнату, а мы, маги, сумели сохранить лишь немногим больше.
Тысячи погибли от голода или диких зверей, пропали без вести, оказавшись в лесной чаще вместо торговой дороги, были убиты грабителями и разбойниками, ощутившими беззаконие и потерявшими всякий страх... Лишь те, кто оказался вместе — с воинами или магами, сумели хоть как-то восстановить подобие нормальной жизни. В тот момент казалось, что мир отброшен на тысячелетия назад — и никто из нас, даже те, кто мог рассчитывать прожить пару тысяч лет, не увидит нормальной, привычной нам в прошлом жизни. Демоны и сам Эллигос пропали — кто-то считает, что на них-то заклинание сработало, отправив Эллигоса в прошлое, а демонов уничтожив, кто-то — что они попали в отличный от нашего поток времени. Так или иначе, исчезло все, что нас окружало и волновало раньше.
Здесь маг сделал паузу, кашлянул, взял со стола бутылку с красноватым отваром, сделал несколько глотков и задумался - несколько мгновений вспоминая события прошлого, навсегда изменившие его жизнь.
Итак, казалось, что все потеряно. Но это было не так... Стали появляться — среди детей и среди нас, магов, - те, кто открыл в себе способности управлять временем, обращая собственное время во внешний мир — они могли проходить сотни ленаров за минуты, ускорив себя на этом пути, призывать вещи и здания из уничтоженного будущего — возвращая из праха замки и заставы, ковать за день оружие, на которое мастер затратил бы несколько лет... Они — Повелители Времени — могут управлять временем и пространством, хранить предметы в остановленном времени, задерживать для себя время — так что они могут спокойно обдумать тактику боя за доли секунды — но так же ограничены Запретом Эллигоса — их способности не могут прямо повлиять на чужое восприятие времени, так что ускориться в сотню раз, а затем убить кого-то, пользуясь скоростью, Повелитель Времени не сможет — чтобы повлиять на разумного, нужно быть в том же потоке времени, что и он.
Но их власть над неживым и неразумным, и способность быстро путешествовать дали нам шанс вернуться к привычной жизни. Отстроить снова наши города, фермы, шахты, дороги, найти и победить монстров... А мы, маги, взяли на себя долг искать тех, кто обладает этими способностями, обучать их, направлять их усилия в нужную сторону, изучать возможные применения этих знаний!
Но вот теперь... теперь я скажу вам, над чем вам будет полезно задуматься в эту ночь. Меня попросили обучать вас именно поэтому — потому что в вас возможно есть эти способности.
Потому что даже небольшой шанс этого оправдывает все мои усилия... если один из вас станет Повелителем Времени, это будет важнее, чем сотни обученных ремесленников или воинов, важнее, чем обучение магов...
- Но не возгордитесь! - четко произнес маг, взглянув на шокированных его откровением детей. -То, чем вы будете заниматься — это великий и уважаемый труд, а не просто подарок судьбы. Ваш талант... если он есть... это шанс для вас помочь всему этому миру, исправить ошибку... - тут маг резко прервал пламенную речь и задумался, а затем пробормотал:
Все равно это не изменит их мнения... - и продолжил — а сейчас: последнее занятие на сегодня.
Теодрис подошел к лабораторному шкафу и достал оттуда два причудливых устройства и поставил перед Мельриком и Леонаром. Любопытный Мельрик потянулся к ним, остановился под строгим взглядом мага, но уже рассмотрел, что это были странные часы.
Это — специальные хронометры, разработанные Гильдией Магов для оценки способностей к управлению временем. Они зачарованы так, что усиливают даже самое небольшое влияние способностей Повелителя Времени на них, и в то же время блокируют попытки сдвинуть стрелки чисто магическим путем. Простой тест состоит в том, что испытуемый пытается ускорить движение времени в них — это понемногу получается даже у обычных людей — и если результат больше, чем этот — маг показал

Простой тест состоит в том, что испытуемый пытается ускорить движение времени в них — это понемногу получается даже у обычных людей — и если результат больше, чем этот — маг показал на красную отметку — его обучение начинается.
Но, мастер Теодрис! Мы же сегодня устали! Разве... - начал Мельрик.
Эти способности не зависят от усталости или настроения... они либо есть, либо их нет. Вы услышали простой рассказ о Катаклизме и Эллигосе... но если вы пройдете этот тест — я расскажу вам... всю правду.
Эльтар мог добраться до цели за несколько минут, но сейчас ему все же нужна была одна встреча. Поэтому, приближаясь к границам леса, он замедлил течение времени до обычного, остановился на секунду, посмотрел по сторонам, взглянул на светившийся красноватым светом браслет на руке, на фигурку демона, закрепленную на его амулете, будто бы разрывающую что-то, достал из ножен длинный кинжал ... и, словно сбросив груз, вдруг раскованно пошел по тропе, негромко насвистывая какую-то мелодию. Этот негромкий веселый звук казался вызовом. И ночной хозяин леса тут же устремился встретить незваного гостя. Гвайр бесшумно приближался к Эльтару. В прошлом, гвайр не напал бы на эльфа-отступника — оркам не нужны были проблемы с новообретенными союзниками в войне. Но сейчас гвайра ничего не останавливало, и мелькнувший в глубинах памяти отблеск прошлых приказов уступил место простому голоду и заложенному создателями желанию убивать. Гвайр в один прыжок поднялся на дерево, ветви которого проходили над тропой, по которой быстрым шагом шел Эльтар. Оценив расслабленные движения эльфа и прошлый опыт, гвайр понял — он уже победил, несмотря на клинок в руках жертвы. Спрыгнув с дерева прямо на эльфа, он убьет того прежде, чем тот успеет что-то предпринять. Гвайр не мог быть обнаружен магией и был хорошо от нее защищен — логичный результат труда орков-шаманов, которым требовалась возможность убивать куда более развитых в прямой атакующей и защитной магии людских колдунов. Эльф приближался. Еще несколько шагов — и гвайр, впервые за последние несколько месяцев, сможет поесть и восполнить силы — даже вложенных орками, достаточных для долгих переходов и ночных убийств, не хватало для долгой жизни в лесу, лишенном добычи. Оставался последний шаг... Гвайр разжал лапы и полетел вниз, переворачиваясь в полете — чтобы вонзить когти в горло эльфа, а ударом задних лап перебить ему позвоночник. Но Эльтар так и не сделал этого шага. Мир мигнул перед его глазами, а потом остановился. Эльтар не мог двигаться ускоренно, слабый разум гвайра все же поддерживал течение времени — но теперь в его распоряжении было время, чтобы среагировать на бросок гвайра и обдумать каждое свое движение. Гвайр успел увидеть как эльф, резко остановившись, в сложном движении вскидывает вверх клинок, перенося вес тела назад — и затем рухнул на сталь клинка, пронзившую толстую шкуру и вошедшую в сердце. Пытаясь перебороть парализующую боль, гвайр попробовал взмахнуть лапой, вновь целя в горло эльфа — но тот плавным движением вернулся, выдергивая клинок из груди полуобернувшегося гвайра. Последним, что успел ощутить гвайр, стал удар Эльтара, отрубающий ему голову. Убийца отсалютовал клинком убитому гвайру — словно бы из уважения павшему представителю своей профессии — и наклонился к телу. Достав небольшой сосуд, Эльтар аккуратно вылил немного светящейся зеленоватой жидкости на рану в груди гвайра. Жидкость, смешавшись с кровью, вскипела и образовала желтоватую массу. Эльтар, сняв привычные для него перчатки, зачерпнул ее открытой ладонью и стал размазывать по своему лицу, кожаной куртке, рукам и стали клинка. Он знал, что образовавшаяся смесь будет действовать недолго — поэтому резко встал, сконцентрировал все силы и с огромной скоростью направился к едва заметному проходу в горах. В комнате на вершине башни повисло напряженное молчание. Мельрик и Леонар напряженно смотрели каждый на свой хронометр... стрелки часов медленно двигались, отсчитывая будущее обоих учеников. Мельрик, хоть и старался сконцентрироваться только на движении времени в хронометре, все равно думал о том, что же получится у старшего брата? Леонар представлял схватки с чудовищами, путешествия в страну орков, к запретному порталу в мир эльфов... Наконец оба хронометра издали звенящий звук и остановились, а оба брата тяжело вздохнули - будто бы оба разучились дышать на время теста. Теодрис посмотрел на хронометры, удивленно поднял брови — обе стрелки были примерно в одном положении - и произнес Сейчас я наложу простое визуализационное заклинание, которое создаст на часах еще по две стрелки . Синяя укажет на естественный ход времени, как было бы, если бы на часы никто не влиял. Красная — на тот порог, после которого начинаются способности Повелителя Времени. Итак... - маг сконцентрировался, и коротко произнес какое-то отрывистое слово. Мельрик, смотрящий то на одни, то на другие часы, вздрогнул. Леонар, смотревший только на свои, горестно вздохнул. Стрелки на обоих часах стояли на долю деления меньше красной отметки. Теодрис разочарованно посмотрел на часы и учеников, но внезапно вздрогнул — словно его посетила какая-то мысль — и отрывисто проговорил: Это... не так важно. Но как же... необычно, одинаковый результат и столь близкий к нужному... Я ... догадывался, что у меня так ничего не получится и здесь, они все словно прокляли меня... Идемте в лабораторию, я кое-что должен Вам рассказать. Леонар выглядел совершенно разбитым — показать им такие перспективы, а затем так разочаровать! Что теперь его ждет? Работать ассистентом у старого мага в лаборатории? Еще в начале обучения маг сказал им, что их способности к магии вряд ли — как он выразился «если на произойдет чего-то необычного» - позволят им достичь сколько-нибудь значительных результатов. Готовить магические зелья, лечить простые болезни, создавать простейшие защитные заклинания — но не более того. Теперь и другой шанс, про который маг намекал с начала обучения, оказался ложным... Мельрик же, хоть и был расстроен, все же проще отнесся к происшедшему. Если этих способностей нет, то разве можно что-то изменить? Зачем страдать из-за того, что от этого не измениться? Теодрис и ученики подошли к лабораторному столу в просторном помещении. Маг, волнуясь, — чего не случалось уже много лет — начал сбивчиво объяснять: Знаете... я думаю мне не так долго осталось. В смысле времени. Нет, не перебивайте! Я расскажу. Давно, еще во времена Катаклизма, я верил Эллигосу. Я верил в то, о чем вам рассказал, думал о нем как о великом маге и исследователе, спасшем нас всех ценой своей жизни. Я старался быть похожим на него, построил — он обвел руками окружающие стены — эту башню, почти копию его башни на Нерлоне... и даже когда узнал правду, как и он, взял двух учеников! До Катаклизма, несмотря на мое увлечение боевой магией, мне говорили о моем таланте провидца. Я использовал его в боях — чтобы предугадать действие врага, в войне — понять мысли вражеского командира. Кроме этого, я был, а может и остаюсь, лучшим из боевых магов Гильдии. Когда случился Катаклизм, мне стало не до пророчеств. Но потом, когда ситуация стабилизировалась — я решил понять, что нас ждет. Но мои заклинания, что раньше показывали будущее — теперь показывали прошлое, как будто время для них все же обратилось вспять. И я узнал, что Эллигос сам в своей гордыне вызвал то зло — демонов — которое поставило нас всех на грань гибели. Что он хотел не спасти нас, а отомстить за поражение повелителю демонов Аззерху, что он готов был пожертвовать всем миром ради личной мести... И что верхушка Гильдии знает об этом — и молчит, потому что нельзя дать простым людям думать, что маги привели мир к катастрофе, а не спасли его. У них есть оправдание, конечно... кое-кто понял все это и предотвратил еще более страшную катастрофу. Но есть те, кто поклоняется демонам, хочет принять их принципы, использует адаптацию их магии — Магию Крови и хочет возвращения Эллигоса. Я хотел рассказать всем... но раньше у меня не было доказательств. А теперь... я создал заклинание, которое покажет мысли и действия Эллигоса там, на вершине его башни, когда начинался Катаклизм. И более того, в этот раз я сделаю последний шаг... вы — и я — сможете увидеть, что с ним случилось дальше. В нескольких ленарах от башни было кладбище — после Катаклизма, погибших было очень много, а башня сама была далеко от города, и погруженного в исследования прошлого Теодриса тогда мало волновало его строительство — раз уж вид на кладбище из окон башни все равно загораживал холм. Эльтар медленно двигался от могилы к могиле, иногда останавливаясь, словно прислушиваясь к чему-то, и смотря на светящийся узор рун на браслете. Около очередной могилы он остановился, удовлетворенно хмыкнул и стал произносить резкие, гортанные слова древнего заклинания, доставшегося от тех эльфов, кто когда-то выбрал другой путь. Из могилы поднялась рука скелета, покрытая почти полностью сгнившей кожей — но этого хватало Эльтару. Осмотрев обработанный кровью гвайра клинок, эльф решил не смешивать два состава — результат ему был неизвестен. Достав из других ножен на поясе небольшой кинжал, Эльтар приложил его к своей руке, несильно нажал и позволил нескольким каплям крови упасть на лезвие. Произнеся еще несколько слов, он поднес кинжал к руке скелета. Словно пожираемая голодом, рука бросилась на кинжал, разрываясь и рассыпаясь в мелкую крошку при прикосновении к лезвию. Кинжал оказался покрыт тонким бурым слоем слизи, ядом праха — одним из тайных заклинаний Клинков Тьмы. Эльф не считал эту работу обязательной — но привык быть готовым ко всему. Эльтар еще раз проверил слой крови гвайра на себе и свое снаряжение — от способности его артефактов и зелья сопротивляться охранным заклятиям и ударам жертвы сейчас зависело все. Теодрис с помощью учеников аккуратно готовил лабораторию к эксперименту, расставляя на столике сложные устройства, колбы с странными растворами — некоторые из них он запрещал ученикам даже трогать, говоря о опасности заключенных в них веществ — и установив в центре стола предмет, напоминающий горелку. Медленно он направился к еще одному шкафу, впервые с начала работы произнес заклинание — видимо замок на нем был магическим — и достал из него шар, наполненный ярким синим сиянием, и небольшой кусок странного материала, по форму похожий на каплю. Это — сказал маг, показав на «каплю» - «застывшее время», оно же концентрированная Пыль времени, также известное под другими названиями. Этот материал Повелители Времени используют, чтобы усиливать свои способности или восполнять их при истощении, в нашем же эксперименте — она послужит просто как катализатор. А вот это — он показал на шар — измененный магией антарий, превращенный в великолепный источник энергии. С ним надо быть осторожным... резкое движение, и равновесие в шаре нарушится, стенки не выдержат... а сжечь неосторожного он может дотла! Если же его бросить в магический огонь — взрыв разнесет здесь все. В ходе эксперимента я сначала разожгу — маг щелкнул пальцами, и из горелки поднялось зеленое пламя — этот магический огонь, а затем создам в нем образы этой комнаты — своего рода магическое зеркало — и получив картинку, заклинанием перенаправлю ее на Нерлонскую башню Эллигоса — точнее, ее руины — в этом времени. С помощью энергии антария и застывшего времени я своими заклинаниями заставлю пламя показать нам прошлое — момент Катаклизма — и мы сможем увидеть во всех подробностях, что сделал Эллигос и что с ним произошло. Раньше — я не использовал столь концентрированную пыль как катализатор... ее просто нельзя достать, кроме как у... магов Крови. Мельрик и Леонар, еще не оправившиеся от пережитого, с слабым интересом смотрели на происходящее. Маг начал читать заклинание, и в зеленом пламени начали сменяться образы... В этот момент позади мага раздался шорох. Что-то рванулось из стены, нечто темное, несущее с собой запах гнили и разложения. Перед магом и учениками висел черный шар, казалось, забиравший в себя весь свет. Теодрис среагировал даже быстрее защитных заклинаний башни — даже сосредоточившись на эксперименте, не понимая, как враг мог незамеченным проникнуть в лабораторию, его не подвел опыт мгновенных схваток — молния ударила в шар,секундой позже со стен в него хлестнули огненные плети — и призванный Эльтаром Дух Смерти был развоплощен. Но Эльтар и рассчитывал на это, невидимый для охранных заклинаний, с двумя клинками наготове он стоял за дверью лаборатории. Как только охранные заклинания и Теодрис нанесли удар — он рванулся вперед, пользуясь тем, что маг обернулся к духу. Его движения были слишком стремительными, чтобы кто-то успел его остановить, а заклинания башни несколько секунд не могли никак увидеть его - но Теодрис и в этот раз оказался невероятно быстр — когда убийца был в нескольких шагах, еще одна молния — единственное, что он успевал приготовить после разряда секунду назад — ударила в Эльтара ... и растеклась искрами по покрывавшей эльфа желтой массе. Эльтар знал, что еще одного удара боевого мага защита уже не выдержит — но времени было достаточно: точным, спокойно рассчитанным движением он рассек клинком, покрытым кровью гвайра, магическую защиту и робу безоружного мага, а затем в точности повторил то же движение вторым кинжалом. Смертельно раненый Теодрис не сумел завершить свое последнее ударное заклинание - кровь гвайра нарушила концентрацию, а удар ядовитого клинка заставил его потерять сознание. Эльтар, для которого времени на размышление вполне хватало, резко обернулся назад на учеников и оценил ситуацию. Задание было выполнено — Теодрис уже мертв или сейчас умрет — но требованием заказчика была хотя бы минимальная имитация ненасильственной гибели мага. Еще узнав, что маг в лаборатории, Эльтар порадовался удаче — это место как никак лучше подходило для подобного. Но это и означало, что учеников тоже придется убить — быстрый оценивающий взгляд Клинка Тьмы не выявил в них ни серьезных способностей боевых магов, ни способностей Повелителей Времени — а значит все можно было сделать просто. Резким движением он бросился на стоящего прямо у стола Леонара. Леонар в этот момент инстинктивно пробовал завершить единственное боевое заклинание, что он знал — огненную стрелу. Когда убийца напал на Теодиса, он уже начал это заклинание — если бы Теодис мог, он бы наверняка оценил отличную реакцию ученика — но даже успешно завершенное заклинание было бесполезным — тонкая стрела пламени даже не задела убийцу, змейкой обернувшись вокруг его браслета — отчего руны на нем на мгновение вспыхнули чуть ярче, поглощая заклинание. Растерянный Леонар не успевал даже сообразить, что делать дальше. Мельрик же успел только рассмотреть, как убийца-эльф напал на их учителя и отразил заклинание. Шок и неожиданность не дали ему среагировать — двигаться к Теодрису он начал только тогда, когда Эльтар уже ударил обоими клинками. Но когда убийца бросился на Леонара, Мельрик не раздумывая рванулся наперерез. Ему уже не важно было, что случиться — красная отметка хронометра, казалось, чем-то успокоила его, оставив только желание помочь брату. Движение Эльтара замедлилось лишь на несколько мгновений. Резко шагнув в сторону, он пропустил мимо себя Мельрика и с левой руки полоснул того отравленным клинком, отталкивая в сторону — от чего тот рухнул на пол, теряя сознание от яда. Оставалось несколько шагов до успешного завершения сложной, впрочем, после убийства самого мага все стало легко — части задания. Несколько шагов, точный удар, а затем останется только замести следы и уйти — после этого же задания Эльтар не намеревался оставаться простым (пусть и великим) убийцей — его наверняка ожидало место в Совете Тени. Неожиданно Леонар, вместо попытки убежать, увернуться или сотворить новое заклинание — или стоять, в шоке смотря на упавшего Мельрика — все, чего мог ожидать эльф — резко схватил со стола синий шар и поднес его к пламени. Эльтар резко остановился. Он лихорадочно соображал, в чем мог ошибиться. Меньше секунды ему оставалось для смертельного удара, но сейчас нанести его означало погибнуть самому — выроненный учеником шар убьет всех в лаборатории, и ослабленная защита крови гвайра никак ему не поможет. Обдумав ситуацию и сделав быстро несколько шагов назад, Эльтар, подбирая слова человеческого языка, обратился к ученику: Остановись! Ты так убьешь и себя, и его! - показав на второго ученика, произнес Эльтар, одновременно пытаясь сотворить простое заклинание реанимации, чтобы заставить того дышать еще несколько минут — он не был уверен, что при смерти раненного оставшийся ученик не бросит шар. Заклинание было быстрым, не требовало слов и движений — некроманты применяли его, чтобы сохранить жизненную силу в ком-то на время, требуемое для более сложных заклинаний — а понять, что делает Эльтар, ученик перед ним вряд ли бы смог. Леонар же сам в этот момент был в шоке. Когда клинок Эльтара ударил по Мельрику, в этот момент все эмоции исчезли — как будто он сумел обо всем подумать и принять единственно верное решение. Но теперь, держа шар над пламенем, он дрожал всем телом и не понимал, что делать. Взглянув на учителя, Леонар понял, что тот мертв — два удара глубоко рассекли горло и грудь Теодриса. Но к невероятному облегчению Леонара, на Мельрике был лишь неглубокий, покрытый слизью порез на груди, он ровно дышал и казалось, просто спал. Взглянув на убийцу, Леонар снова увидел тело Теодриса. Несмотря на все разочарование от слов мага, после испытания ему казалось что он и так потерял все что мог — но теперь он хотел спасти Мельрика и спастись сам. Но все же сказать он смог лишь: Ты... ты убил его! Эльтар невозмутимо ответил: Твой учитель не заслуживает ни твоей, ни — он показал на лежащего на полу Мельрика — его смерти. Гильдия Магов, при всем уважении к способностям Теодриса, сторонилась его за желание исследовать и рассказать столь неудобную правду... а Маги Крови ненавидели его и считали опасным. Он публично заявлял, что если отыщет способ найти, куда подевался Эллигос, то приложит все усилия, чтобы добить его или хотя бы — если тот остался столь же могущественным — не дать ему вернуться. Можешь мне поверить, никого не озаботит его гибель. А он — Эльтар показал на Мельрика — просто спит, мне не нужны лишние жертвы. Я всего лишь выполнил свою работу, спас общество от опасности и заработал денег. Теперь я уйду, а ты и он спокойно останетесь здесь... можете даже забрать что-то из лаборатории и библиотеки Теодриса — ему больше не нужно, а Гильдия Магов не будет об этом беспокоиться. Здесь даже охраны нет... зачем охранять боевого мага? Эльтар был в сложном положении. Он никак не мог оставить ученика в живых, но не собирался и гибнуть на этом задании. Его амулет — фигурка демона — был очень дорогим одноразовым артефактом-порталом, который бы вернул его в Убежище Теней за несколько секунд. Но Эльтар не знал, как поведет себя ученик, увидев открывающийся портал — бросит шар, погибнет и убьет Эльтара? Не бросит и расскажет о произошедшем? В вариант активации артефакта, а потом попытки быстро убить ученика так, чтобы тот выронил шар только после срабатывания портала убийца не верил — даже для его способностей и реакции это было слишком рискованным, а в боевой магии — не некромантии — познания его были минимальны. Заклинания же некромантии, способного надежно убить какого-никакого, но ученика мага через заданное время — он не знал, привыкнув полагаться на яды и клинок. Тем более план был проще. Заклинание реанимации, уже кое-как наложенное на Мельрика, можно было немного изменить и заложить больше энергии — и когда ученик умрет, высвобожденная энергия целенаправленно полыхнет пламенем, слабым чтобы даже ранить кого-то, но достаточным, чтобы взорвать шар. Что сделает стоящий перед ним ученик, когда убийца уйдет? Конечно же, положит шар на стол, ну или пусть в шоке потащит в руках — и подойдет к раненому. Классика некромантии, заклинание, сработавшее от чьей-то смерти — и после взрыва только очень опытный маг сможет понять, что же случилось с Теодрисом и его учениками. Тем более никто не будет проверять, маг-отступник доигрался со своими исследованиями — трагедия... но он сам виноват. Леонар стоял, пытаясь осмыслить слова убийцы. Он не верил ему и хотел отомстить - казалось, вот она, ситуация, о подобных которой он мечтал - он победит убийцу, спасет брата и отомстит за гибель учителя. Но на деле он понимал, что у него нет никаких шансов справится с незнакомцем, за несколько секунд убившим великого мага. А гибели Мельрика он не мог допустить. Его не покидало странное ощущение. Казалось, что все, что случилось, можно изменить, и что у него есть все время мира на обдумывание каждого шага. Но его мысли были о том, что сейчас убийца спокойно уйдет, он попробует помочь Мельрику, а потом... никто не возьмет его учеником, и им придется опять возвращаться на ферму. Он едва не всхлипнул, рука, держащая шар, наливалась тяжестью, а ответить что-то он не мог. Эльтар, внимательно осмотрев ученика, решил, что вполне сможет дойти до двери, выйти из лаборатории, и там, где ученик больше не сможет его видеть, спокойно ускорить время и покинуть башню, а там или ученик сам выронит шар, или его заклинание — правда пока почему-то отзывавшееся удивительно слабо — сработает. Ну а если нет, что мешает ему подождать за пределами башни пару минут и вернуться, когда шара антария не будет в руках ученика, а тот будет пытаться помочь раненому или побежит звать на помощь? Он убрал клинки в ножны, развел руки в стороны, демонстрируя отсутствие другого оружия, и спокойно направился к выходу. Когда убийца завернул за дверь, Леонар почувствовал, что все заканчивается. Закончилось обучение, Мельрик ранен (и не соврал ли убийца о том, что он выживет?), и теперь его ждет только серая жизнь — то, от чего он хотел уйти. Разве так он хотел жить? Когда его учителя убивают, брата ранят, а он просто стоит с шаром антария, цепляясь за жизнь на ферме? Отчаяние и гордость толкнули его на решительные действия, на которые он вряд ли бы решился в спокойном состоянии — он бросился к двери вслед за убийцей. Что-то подхватило его, словно волна в шторм, и понесло вперед, за дверь и вниз по лестнице. Эльтар, сконцентрировавшись на скорости движения, спускался вниз. Впервые с того момента, как он вошел в Ангзанский лес, он позволил себе расслабиться после часового напряжения. Задание выполнено, один из лучших боевых магов Гильдии, пусть и в опале, но это не отменяет его способностей — убит, а он подтвердил свои непревзойденные навыки убийцы, берущегося за самые сложные задания... теперь ему пора передавать свой опыт и знания другим Клинкам Тьмы, а это значит — место в Совете Тени, важные решения, деньги, власть... Наверху раздался грохот — ну вот, видимо еще одна часть операции завершена. Звуки в ускоренном времени звучали совсем не так, как в обычном — поэтому сейчас он наверняка слышал одну из множества ударных волн, достигшую его слуха раньше других. Все получилось как нельзя лучше! Странный грохот усилился, и вдруг неожиданно до него явно донеслось слово — голос был взволнованным, мальчишеским, неопытным, но как он вообще мог что-то услышать?! Получииии! Эльтар обернулся и на мгновение увидел стоящего выше на лестнице Леонара, и несущийся прямо в него шар с магическим антарием. Прежде чем он понял, что почему-то у него нет вечности, чтобы обдумать, можно ли и как увернуться от шара на узкой лестнице, шар ударил в него и лопнул, а пламенный расплав разлился по куртке и лицу. Эльтар взвыл от боли, потерял равновесие и покатился вниз по лестнице. Как? Его просто не могли догнать! Никто! Почему? В парализованном болью и неожиданностью сознании убийцы все же мелькнула спасительная мысль. Превозмогая боль, он схватил рукой амулет на шее и изо всех сил сжал. Антарий прожигал его кожу. И сквозь боль убийца с ужасом понял, что даже если в Убежище ему смогут помочь, эти шрамы не залечит ни один целитель. Так, с мыслями о невозможности происходящего, страшной болью и ужасом он провалился в открывшийся под ним портал. Леонар видел, как огонь охватил убийцу, а затем увидел, как тот рухнул в портал. Добить убийцу он не мог — у него не было оружия, а как блокировать порталы, он не представлял вообще. Тем более его волновало другое. Надеясь, что убийца сгорит в пламени, как он того заслужил, Леонар бросился обратно вверх по лестнице — там он обнаружил Мельрика, по-прежнему спокойно лежавшего. Он был жив, но, несмотря на все попытки и просьбы Леонара, так и не приходил в сознание. Поняв, что нужно делать, Леонар побежал в кабинет мага — там же, где он занимался с учениками, стоял переговорный камень, с которого можно было вызвать помощь — Теодрис объяснял ученикам, как его использовать. Леонар вбежал в кабинет и бросился к камню. Но прежде чем установить связь, он краем глаза заметил два хронометра на столе — то, что раньше означало крушение всех его надежд. То, что он увидел, заставило его простоять несколько мгновений, прежде чем звать на помощь всех, с кем можно было связать с помощью камня. Стрелки хронометров изменили свое положение. Одна из них стояла ровно на синей черте — так, как будто бы время шло своим ходом. Вторая стояла намного дальше красной черты — там, где уже не было никаких отметок и делений, словно создатели прибора не предполагали даже возможности такого результата. На следующее утро Леонар разговаривал с Лемерхом, одним из тех немногих магов, что раньше поддерживали хорошие отношения с Теодрисом. Он уже не раз рассказывал Лемерху и другим все, что случилось, сталкивался с их недоверием, а потом шоком, когда осмотрев все случившееся и воспоминания Леонара они понимали — что невероятное оказалось правдой. Голос Леонара звучал в этот день намного крепче. Мастер Лемерх, что сказал целитель о состоянии Мельрика? - Оно стабильное... что невероятно. Яд праха убивает пораженную цель в течение минуты, и алхимического противоядия от него нам не известно. Целитель пытался применить заклинания великого исцеления, которые могут побороть этот яд, но они просто не работают, как не работало заклинание реанимации, наложенное убийцей. Видимо, по крайней мере для всей магии в его теле время просто остановилось... Значит., я все правильно понял... и это время течет во мне? То есть возможно изменить время другого разумного существа, и Запрет Эллигоса не работает... для случаев само... таких случаев? У меня нет других ответов. То, что случилось, удивительный феномен. Который мы должны исследовать... может быть, он связан с эффектом частичной смерти от яда праха, по слухам маги крови искали методы подобного... сюда скоро прибудут еще представители Гильдии... А где живет Арсенх? - неожиданно перебил Лемерха Леонар. В подземельях Серых пустошей, там же, где и... А... - остановился маг, слишком сильно задумавшийся о исследованиях, докладах и выступлениях. - зачем тебе этот некромант? Наконец я получил этот ответ! Я уже все узнал от Вас всех... и что убийца — легендарный Эльтар, и что если где-то и знают противоядие, то в Убежище Теней, и что некромант Арсенх по слухам знает, где оно находится... И что, ты собрался туда? - ошарашенно сказал Лемерх. Знаете... я узнал даже то, что по общим принципам всех подобных неполных остановок времени из-за разности потоков этот эффект пропадет через неделю или две... и Мельрик скорее всего умрет, если не получит противоядие. А вы не сказали даже этого... я понимаю, для Вас важно все исследовать, а идти на конфликт с Убежищем Теней ради одной жизни вы не будете — это обойдется дороже... но для меня то это совсем не так! И когда ты только успел все это узнать? - удивился Лемерх. Только сейчас он обратил внимание, что откуда-то у юноши появился короткий меч, на плече был странный рунный узор, а в одежде, похоже, лежало несколько артефактов. - и собрать? Из запасов Теодриса? Тут убийца был прав... ни ему, ни Вам они не нужны. А о времени... может у меня его стало больше? Кхм. - Лемерху нечего было сразу ответить, и он несколько секунд размышлял — маг не был Повелителем времени, и его размышления были обычными. Разве не случилось невозможное? Если он попробует удержать Леонара тут, то юноша окажется прав — маги будут исследовать его и его брата, может и получат какие-то важные сведения, но Мельрик умрет — потому что никто не будет рисковать, пробуя узнать тайное заклинание Клинков Тьмы, а контакты с этой организацией были строго запрещены для магов, взявших на себя клятву оставаться вне политики — и рисковать нарушением этого тоже никто не будет. А так... пусть шанс на успех минимален, но он есть, и почему бы не попробовать. Тем более... Что ж, видно отговаривать тебя бесполезно... Но я понимаю. Перед тем как идти к Арсенху, советую тебе зайти в отделение Гильдии магов... У меня там много знакомых, я свяжусь с ними через переговорный камень и опишу им ситуацию... там тебе дадут снаряжение и информацию. И лучше зайди к мечнику в Гильдии Охотников — получишь хоть настоящие навыки боя. Если ты прав насчет времени, то несколько дней для тебя равны месяцам тренировок, и у тебя вполне будут шансы на успех. Арсенх расскажет тебе о Убежище Теней — на самом деле это вполне разумная организация - если ты предложишь им что-то ценное, Арсенх наверно сможет объяснить... они вполне могут отправить одного из Клинков Тьмы с тобой исцелить твоего брата от яда - так они не рискуют тайной заклинания. Спасибо, мастер Лемерх. - серьезно ответил Леонар. - ну, мне наверно пора собираться и идти. Времени у Мельрика осталось не так много... но и его, и моего времени вместе хватит! Прежде чем растерянный Лемерх понял смысл этой фразы, Леонар развернулся и вновь пошел вниз по лестнице... или в подвал, где хранились запасы Теодриса, или уже к выходу из башни. Наверно, подумал Лемерх, перед походом в пустоши Леонар еще зайдет к родителям на ферму? В любом случае, у Лемерха в этом деле был еще один интерес. Если Эльтар, убивший Теодриса — за одно этого его стоило убить — еще жив, то велики шансы, что Леонар встретит его на своем пути еще раз. А гибель Эльтара по множеству причин для Лемерха была бы радостью.

Покоритель зари

- Ах ядрёна кочерыжка! - завопил некромант, стряхивая с рабочего фартука остатки чьей-то руки. - Ну что за дряхлый материал пошёл. - Кайлер, сынко, сбегай до кладбища, подними пару зомби.
- Но, батя, на городском кладбище запрещено копать могилы, - сын некроманта обескураженно почесал затылок.
- Це ж кто тебе сказал, шо на городском надо? Иди на дальнее! И нечего смотреть на меня как мясо на расчленителя.
Мальчик неохотно собрался и, распрощавшись с подтрунивающей сестрой, вышел из дома. Он сел на повозку, привязанную у дороги, и приказал мёртвым коням скакать далеко за город. Задача отца не сильно вдохновила юного некроманта. Ну право, что такое поднять пару зомби? Ему бы уже на призраках тренироваться...
Дорога шла вдаль от столицы, и через пару часов мальчуган на повозке уже спускался по горной тропе к вершине небольшого холма. Темнело, и парню очень хотелось успеть вернуться домой этим днём. Проезжая пологий холм, он увидел человека в рясах волшебника, стоящего на холме. Юношеское любопытство заставило изменить маршрут. Он подъезжал всё ближе к незнакомой фигуре, и вот уже до колдуна оставалось не более десяти метров, как неожиданный раскат грома ударил в ухо кузнечным молотом.
На тёмном небе виднелись грозовые тучи, а человек всё стоял, не обращая внимания ни на что, кроме своих мыслей.
- Привет. Чего здесь делаешь? - сын некроманта подошёл к колдуну. Это был такой же молодой парнишка с очень серьёзным лицом. Создавалось впечатление, что вот сейчас его назначили первым чиновником и велели ходить по городам с умным видом, внушая людям уверенность.
- Жду зари, - ответил маг, даже не обернувшись. - Не отвлекай меня, это очень важное дело.
- И чем это ожидание может быть важным? - обиженно поинтересовался Кайлер.
- Тебе не понять, - юноша стоял на своём.
- А тебе рассказать жалко? Или не можешь?
- Я всё могу. - Парень развернулся и посмотрел в глаза некроманту. Его суровый взгляд очень смешно обосновался на юношеском лице. - Сегодня я стану Покорителем зари.
- Покорителем зари? С чего это ты взял?
- А ты знаешь, кто сейчас покоритель зари?
- Ну... нет.
- А я знаю. Никто. Я буду первым.
- И что для этого нужно?
- Встретить зарю.
- И всё? - в голосе Кайлера звучало сомнение.
- Я придумал этот титул, и мне решать, что для него нужно, - голос мага был непоколебим.
- Тогда я тоже стану Покорителем зари и встречу её здесь, - сказал некромант и уселся на камень.
- Нет. Ты не можешь. Это мой титул. Я — Эллигос из Помпеи, ученик Мавристея, сын Эвирасса. И я буду лучшим учеником Академии.
- Я — Кайлер, сын некроманта Гтонха, и еду за трупами, а по пути отберу у тебя титул.
- Никто не может указывать мне или отбирать у меня что-то! - лицо Эллигоса стало красным как свежая свекла.
- Не знаю, чего не может никто, а мне всё можно. - продолжал подтрунивать некромант.
Молодой колдун раскинул руки, и удар молнии упал в миллиметре от ног противника. Кайлер испуганно отшатнулся назад, выставляя руки перед собой. От следующего удара он отпрыгнул, коснувшись земли ладонями: старые кости дохлой собаки ожили и полезли наверх. Ещё касание, и труп совершенно истлевшего грызуна набросился на мантию Эллигоса, пытаясь прогрызть её единственным зубом.
«Прочь!» - вскричал волшебник, опаляя трупы потоками пламени. Горящие кости продолжали кидаться на него в неистовом порыве, и новые твари вылезали из под земли по зову души некроманта. Размах резного посоха отправил в нокаут молодого парня, и твари задрожали, теряя связь с призвавшим их духом.
Мёртвая крыса набросилась на мага и укусила его за шею: зараза пошла по крови человека.
- Не хочу! - завопил парнишка, дёргая за кулон на шее. В мгновение мир расплылся, и всё изменилось, как будто само время сделало шаг назад. Крысы вернулись в могилу, воронки от молний исчезли, а Гтонх вновь стоял неподалёку.
- Тогда я тоже стану Повелителем зари и встречу её здесь, - сказал некромант и уселся на камень.
- Хорошо, - ответил маг. - Садись. Только не мешай мне.

Автанаил (отрывок из оркских рассказов)

Случалось встречать нам странных существ. Были то орки с красною кожей, где-то с рогами, а где-то с шипами. Глаза у них были полны крови, а разум затмевала ярость. Особенно много стало их во времена Вас'Флама. Откуда они берутся, как появляются на свет и что им нужно никто не знал. До тех пор пока один из красных орков не попал к Амон'Далору - мудрому шаману и целителю Первого Доминиона.
Постучав по красной башке своей палкой, шаман привёл краснокожего в чувства. Тот притих и перестал бросаться на орков. А когда он поколдовал над ним ещё с часок, понял орк, что сильные чары держат разум несчастного в повиновении. Развеять их было не легко. Несколько дней старался шаман, пока не понял, что кровь существа - источник скверны. И решил он изгнать её из тела до последней капли. Силою ветра, огня и воды он совершил ритуал. Пала пред ним обессилевшая тварь и сказала шаману: "Автанаил..." Не понял Амон'Далор, что означают эти слова. Язык красных существ был ему неизвестен. Да и может то было не слово, спятил наверное несчастный. Поддерживая жизнь существа без крови, задал шаман свой вопрос: "Кто ты?"
"Автанаил" - произнесла тварь. - "Я зовусь Автанаил. Слушать внимание орка. Проклятий эльсар жечь мой душа. Все нас делать раба. Он говорить демоны вы. Верни нам разум, шамана! Как мне вернул! Надоело... Остерегайтесь Аззерха и погонщика рабов... их осталось семеро..."
Не долго говорил он, силы шамана стали слабеть и ему пришлось вернуть существу кровь. Протекая по жилам, вновь напитала она мускулы яростью, а разум забвению придала. "Демоны... значит так звали вас эти эльсары... Кто такие эльсары? Говори, Автанаил!" Но лишь рычание раздавалось из клыкастой пасти. Встревоженный словами краснокожего, Амон'Далор приказал схватить как можно больше таких существ. Впереди его ждали годы экспериментов...

Последняя запись Антары!

ВСЁ - Пипдец!